Архитектура

Характернейшим  явлением  культуры Русского государства XV века было стремление свести в единое общерусское целое и летописание, и церковные предания, и святыни; создать апробированные государством и церковью энциклопедические труды, проникнутые идеей богоустановленности княжеской и царской власти, особого покровительства им и Русскому государству небесных сил и обилия прославленных праведностью и чудесами русских святых.

Таков огромпый корпус житий святых и церковно-литературных произведении «Великие Минеи Четьи» митрополита Макария, такова «Книга степенная царского родословия» и, наконец, грандиозпая историческая компиляция — новый летописный свод. В 70-х годах XVI века была создана «лицевая», то есть иллюстрированная редакция этого свода, украшенная неслыханным количеством — 10049 миниатюр. Здесь с особой силой сказалась повествовательная трафаретность изображений, в которые иллюстраторы ухитрялись вводить реальные подробности, здесь обнаруживается и стремление художников как можно полнее и детальнее воспроизвести летописный рассказ, и вынужденная упрощенность техники контурного рисунка, выплненного немногими красками.

 Появление книгопечатания в середине  XVI века ввело в русское искусство новый вид техники — гравюру. Первые гравированные на дереве иллюстрации и заставки первопечатных книг, использующие архитектурные мотивы и богатую растительную орнаментику, обнаруживают хороший вкус мастеров, понимание ими возможностей гравюры, умение сделать книгу красивой и нарядной.

Конец  XVI  века,  ознаменованный глубоким экономическим кризисом вследствие ожесточенной эксплуатации крестьянства и истощения страны неудачной Ливонской войной, вспышками крестьянских восстаний — предвестников  великой Крестьянской войны начала XVII века, запечатлен в искусстве усилением консервативных,   архаизирующих   тенденций.   После ослепительного взлета шатровой архитектуры и сказочного декоративного богатства Василия Блаженного в царское и церковное строительство возвращаются старозаветные и величавые пятиглавые соборы.? Попытка, Бориса Годунова прославить свое царствование сооружением гигантского шатрового храма в его замке «Борисове-городе» (1603) выливается в холодное и надуманное подражание вдохновенной силе Коломепского «столпа».

На переломе XVI—XVII веков в живописи возникает характерное течение, связанное с меценатством крупнейших магнатов Строгановых, у которых работают выдающиеся московские мастера — Прокопий Чирин, братья Савины и другие. Иконы строгановской школы отмечены ювелирной тонкостью и мелочностью письма, эмалевой красотой цвета, обильным применением золота, уподобляющего икону изысканной драгоценности, достоинства которой можно оценить лишь держа ее в руках перед глазами. Это — искусство, рас-считанпое на пресыщенный вкус немногих любителей из высших слоев феодальной и торговой знати. Изображения святых наделены аристократической манерностью и болезненной хрупкостью, нечто упадочное просвечивает сквозь обманчивое золотое сияпие иконы.