Архитектура

В церковную роспись проникают темы прославления и возвеличения царской власти. Эти новые поучительно-литературные задачи усиливают повествовательное начало в живописи, ведут к появлению многосложных композиций, их дробности и многопредметности. Еще в росписи дворцового Благовещенского собора в Московском Кремле (1508. артель сына Дионисия — Феодосия), выполненной в старых традициях, развивается тема преемственности власти московских государей от византийских базилевсов. Здесь же проявляется интерес к грозным темам Апокалипсиса, созвучным напряженной общественной обстановке начала века. Прочитать об этом более подробную информацию, а еще и узнать многое о аудиторах, можно вот тут http://www.consensus-audit.ru/dic/.

Роспись собора Свияжского Успенского монастыря (1561) поражает необычайным символизмом, здесь много места уделено аргументации и пропаганде основного догмата о воплощении Христа, рассказу о жизни его и Богоматери. Особенный интерес представляют включенные в роспись алтаря портретные изображения покорителя Казани Ивана Грозного, митрополита Макария и игумена Свияж-ского монастыря — Германа,

Та же тема Казанской победы была использована для пропаганды величия церкви и силы религии в огромной иконе «Церковь воинствующая». Здесь в трех ярусах представлено идущее в рай к Богоматери бесчисленное русское воинство во главе с небесным полководцем архангелом Михаилом на крылатом коне и самим царем Иваном; здесь же киевский князь Владимир Мономах и святые кпязья

Борис и Глеб. Смысл этой иконы в доказательстве помощи небесных сил «царям правоверным».

Известная нам лишь по описанию роспись Золотой палаты Кремлевского дворца в Москве (1547—1552) имела уже откровенно светский характер. Здесь, наряду с темами мифической генеалогии московских государей, преемственности их власти от древних империй

и прославления в библейских образах Ивана Грозного, художники развернули в ряде фресок на сводах картину представлений того

Времени о мироздании. Роспись изобиловала аллегорическими фигурами и олицетворениями.

Если на росписи Благовещенского собора с ее светлым, праздничным колоритом еще лежит отблеск высокого искусства Дионисия, то последующие памятники теряют художественное совершенство,

краски гаснут и грубеют, ясность композиции затемняется, сменяясь стремлением к изобразительной многословности. Дольше живут высокие художественные традиции в совершенных произведениях шитья мастерской князей Старицких; выполненная здесь плащаница (1561) характеризуется тонко согласованной гаммой цветных шелков и трагическим напряжением образов.

В развитии декоративно-прикладного искусства XVI века первое место, бесспорно, принадлежит резьбе по дереву. Ее выдающимся памятником является исполненное по заказу Ивана Грозного увенчанное острым шатром «царское место» в Успенском соборе Кремля (1551). Двенадцать раскрашенных очень плоских барельефов, украшающих парапет, излагают ту же политическую легенду о преемственности власти московских царей от византийских императоров. Мастер легко обошелся с исторической правдой, одев даже Мономаха и его дружинников в пышные одежды XVI века. Плоскостность и слабая моделировка фигур делают живые сцены почти орнаментальными, что хорошо гармонирует с декоративным богатством раззолоченной ажурной» «Сопи» — шатра.