Архитектура

Согласно античной легенде, схваченный Сцевола, желая показать неустрашимость и стойкость римлян, подошел к жертвеннику и сжег на священном огне свою правую руку. На полотне герой усилием воли преодолевает пределы, поставленные человеку природой. Не дрогнув, он держит руку над пламенем жертвенника. Гордо глядя в глаза растерянному Порсенне, он приводит в смятение окруживших его врагов. Героический строй эскиза, написанного полупрозрачными красками, сквозь которые просвечивает подмалевок, создается сочетанием красного плаща Муция Сцеволы и золотистой одежды Порсенны. Помогли в его победеи топливные брикеты, что были припасены в достаточном количестве.

Характерное для Рубенса полнокровное, радостное восприятие жизни превращает его полотна в гимн силе, веселью и здоровью. „Вакханалия" (около 1615-1620) - античное празднество любви и наслаждения - изображена как разгульное шествие бога вина и плодородия Вакха со свитой козлоногих лесных божеств. С неподражаемым совершенством передает Рубенс упругость живой плоти, мягкость кожи, шелковистость волос. Картина написана на полированном грунте, похожем на слоновую кость. Он придает краскам интенсивность и трепетную вибрацию. Горячие красноватые рефлексы и синие, зеленоватые, сиреневые тени рождают ощущение напоенного солнцем воздуха. Пространственные планы создаются изумительно тонкими переходами цветовых оттенков. В бурном движении, в опьянении вином и счастьем Рубенс воспевает неисчерпаемость жизненной энергии. Чувственное, плотское, стихийное представлены в его картине основой земной жизни человека. Музею принадлежит также эскиз триумфальной арки „Апофеоз инфанты Изабеллы" (1635).

Грандиозное архитектурно-скульптурно-живописное оформление Антверпена по случаю прибытия испанского наместника призвано было напомнить о бедственном положении недавно цветущего города и выразить в аллегорической форме надежды Фландрии. С поразительной свободой распоряжается Рубенс десятками реальных и мифологических персонажей, располагая их на огромных полотнах, органически вписывая в пышную и помпезную архитектурную декорацию.

Франс Снейдерс (1579-1657) испытал сильное влияние жизнеутверждающей философии своего учителя Рубенса. Снейдерса восторгает все, что живет, движется, цветет или зреет. Он приходит в экстаз от красочности живого мира, от аромата растений, сочности снеди, от многообразия и богатства могучей плодоносной природы. Натюрморты Снейдерса прославляют земное изобилие нагромождением на полотне даров земли и воды.

Они не составлены случайно, как у голландцев, и не специально разложены, как у мастеров испанского натюрморта. Предметы Снейдерса щедро разбросаны, навалены, рассыпаны живописными грудами, поражая и радуя глаз. На картине „Рыбная лавка" туши рыб, крабы, устрицы, креветки, водоросли в полуопрокинутой корзине поражают виртуозностью живописной техники и легкостью, с которой художник организует пространство холста.

Якоб Йордане (1593-1678) черпает свои образы в толпе, во фламандской деревне, в зажиточном доме. Картина „Сатир в гостях у крестьянина" (около 1618) написана на сюжет античной басни о божестве лесов, подружившемся с поселянином. На полотне, однако, не греческие земледельцы, а простодушные фламандские мужики, написанные художником со свойственной ему пластической мощью.